Этноним бывает устойчивее самой этнической группы, давшей ему название. Название той или иной области в Древней Руси было чисто историческим, а не языковым. Новое население получило этническое наименование занятой территории уже в готовом виде и не имело отношения к предшественникам (Ливония, Самоядь – не саами, а ненцы и канасаны; остяки – ханты, также кеты и селькупы, тунгусы – не только эвенки).

Встречается исследователь с топоэтнонимами – названиями этносов, полученных в результате переноса названия местности на этническую общность. Таковы названия: «полочане», «галичане», «египтяне». Встречаются и названия населения по месту жительства катойнонимы: «персиянин», «тверитин», «рязанец». Например, автор описания битвы между Дмитрием Донским и Мамаем Софроний «Рязанец» – вероятно, писал свою «Задонщину» не в Рязани, а в другом месте, иначе бы не подчеркивалось его происхождение.

Упомянутые в источнике аллоэтнонимы или энзоэтнонимы (названия этноса, данные ему соседними или иными этносами), также дают ценную информацию. Они используются, если не совпадают с самоназванием народов или автоэтнонимами (эндоэтнонимами). Таковы приложенные к автору источника названия типа «немец», «финн», «самоед», свидетельствующие о том, что источник был создан за пределами проживания представителей данной этнической группы. Ведь финский или немецкий автор не будет сам себя называть «финном» или «немцем».

Автоэтноним тоже может быть локализующим признаком.

В «Повести временных лет» упомянуты финские этнонимы «весь» и «сумь» то есть самоназвания определенных этнических групп «вепси» и «суоми». Их упоминание в источнике говорит, что текст создавался, переписывался или редактировался за пределами проживания этих этнических групп.

Локализующими признаками могут быть личные имена, образованные в результате перехода географических названий в определяющие личность названия. Часто они свидетельствуют о происхождении человека из определенной местности, например: «Иван Литвинцов», «Петр Мстиславец», «Семейка Ярославец», «Василий Тюменец».

Орфография источника может отражать фактические особенности говора автора, переписчика или редактора. В текстах, создававшихся в северных русских землях, «ц» смешивается с «ч» («чвет» вместо «цвет»), в псковских – смешиваются «с» и «ш» (Перши – башня в Псковском Кроме (Кремле) вместо принятого в других местностях «перси» («грудь»). В белорусских и волынских текстах смешиваются буквы «в» и «у», что характерно для украинского и белорусского языков.

Место возникновения источников помогают установить содержащиеся в их текстах данные метрологии и хронологии.

Локализации происхождения источника может помочь и метрологическая терминология, обозначающая местные единицы измерения. Так, в Новгороде земля измерялась «коробьями» и «обжами», в Вологде – «плугами», в Двинской земле – «веревками» и т. д.

В орнаменте рукописей можно заметить определенные территориальные различия. Изображения апокалиптических чудовищ – льва, медведя, барса, изображения человеческих фигур в сценах повседневной жизни, скоморохов имеют местные отличия. Установлено, что балканский орнамент в рукописях проникал и на восточнославянские земли, в частности, на Беларусь.

Цвет фона инициалов в различных областях был различным.

В Новгороде он был синим и голубым, в Пскове – зеленым или синим, в Рязани – зеленым: в зависимости от преобладания в той или иной местностях тех или иных красителей.

Начало первой русской революции
Началом первой русской революции явились события 1905 года в Петербурге. Им предшествовала стачка на крупнейшем заводе Петербурга – Путиловском. Эта стачка быстро разрослась, к ней присоединились рабочие других заводов и фабрик столицы и она стала всеобщей. Чтобы подавить грозно растущее рабочее движение, правительство приняло свои мер ...

Русские княжества, не Украйна.
Государство, о котором речь, было не какая-то мифическая Rutenia или Украйна, а то русское Киевское княжество, которое было колыбелью русского народа и русской государственности. Здесь, на реке Днепре, на единственном для тех времен торговом пути из Балтийского моря в Царьград, в конце IX века зародилась сила, начавшая оружием и торговл ...

Исторические взгляды идеологов российского либерализма. Историческая концепция К.Д. Кавелина
Применяя триадическую схему Гегеля, Кавелин выделяет в истории России три этапа: родоплеменной (тезис), семейный, или вотчинный (антитезис) и государственный (синтез). Первый этап приходится на время княжения Ярослава Мудрого, который «задумал основать государственный быт на Руси и утвердил ее политическое единство на родовом начале». В ...