Этноним бывает устойчивее самой этнической группы, давшей ему название. Название той или иной области в Древней Руси было чисто историческим, а не языковым. Новое население получило этническое наименование занятой территории уже в готовом виде и не имело отношения к предшественникам (Ливония, Самоядь – не саами, а ненцы и канасаны; остяки – ханты, также кеты и селькупы, тунгусы – не только эвенки).

Встречается исследователь с топоэтнонимами – названиями этносов, полученных в результате переноса названия местности на этническую общность. Таковы названия: «полочане», «галичане», «египтяне». Встречаются и названия населения по месту жительства катойнонимы: «персиянин», «тверитин», «рязанец». Например, автор описания битвы между Дмитрием Донским и Мамаем Софроний «Рязанец» – вероятно, писал свою «Задонщину» не в Рязани, а в другом месте, иначе бы не подчеркивалось его происхождение.

Упомянутые в источнике аллоэтнонимы или энзоэтнонимы (названия этноса, данные ему соседними или иными этносами), также дают ценную информацию. Они используются, если не совпадают с самоназванием народов или автоэтнонимами (эндоэтнонимами). Таковы приложенные к автору источника названия типа «немец», «финн», «самоед», свидетельствующие о том, что источник был создан за пределами проживания представителей данной этнической группы. Ведь финский или немецкий автор не будет сам себя называть «финном» или «немцем».

Автоэтноним тоже может быть локализующим признаком.

В «Повести временных лет» упомянуты финские этнонимы «весь» и «сумь» то есть самоназвания определенных этнических групп «вепси» и «суоми». Их упоминание в источнике говорит, что текст создавался, переписывался или редактировался за пределами проживания этих этнических групп.

Локализующими признаками могут быть личные имена, образованные в результате перехода географических названий в определяющие личность названия. Часто они свидетельствуют о происхождении человека из определенной местности, например: «Иван Литвинцов», «Петр Мстиславец», «Семейка Ярославец», «Василий Тюменец».

Орфография источника может отражать фактические особенности говора автора, переписчика или редактора. В текстах, создававшихся в северных русских землях, «ц» смешивается с «ч» («чвет» вместо «цвет»), в псковских – смешиваются «с» и «ш» (Перши – башня в Псковском Кроме (Кремле) вместо принятого в других местностях «перси» («грудь»). В белорусских и волынских текстах смешиваются буквы «в» и «у», что характерно для украинского и белорусского языков.

Место возникновения источников помогают установить содержащиеся в их текстах данные метрологии и хронологии.

Локализации происхождения источника может помочь и метрологическая терминология, обозначающая местные единицы измерения. Так, в Новгороде земля измерялась «коробьями» и «обжами», в Вологде – «плугами», в Двинской земле – «веревками» и т. д.

В орнаменте рукописей можно заметить определенные территориальные различия. Изображения апокалиптических чудовищ – льва, медведя, барса, изображения человеческих фигур в сценах повседневной жизни, скоморохов имеют местные отличия. Установлено, что балканский орнамент в рукописях проникал и на восточнославянские земли, в частности, на Беларусь.

Цвет фона инициалов в различных областях был различным.

В Новгороде он был синим и голубым, в Пскове – зеленым или синим, в Рязани – зеленым: в зависимости от преобладания в той или иной местностях тех или иных красителей.

Внутренние и политические события после «Великого Посольства» и до начала Северной войны
Путешествие Петра было великим событием, с которого началась преобразовательная деятельность государя, и русское общество пошло безвозвратно по новому пути сближения с Европой. С этих пор открывается кипучая, неутомимая деятельность Петра и во внешних, и во внутренних делах. Началом преобразований было изменение внешних признаков, розни ...

Проблемы эвакуации жителей
Эвакуации жителей города на протяжении всей блокады придавалось огромное значение. До германского нападения никаких заранее разработанных планов эвакуации населения Ленинграда не существовало. Возможность достижения немцами города считалась минимальной, соседняя же Финляндия не рассматривалась, как серьезный противник, способный самосто ...

Победа над отрядом Публия Вориния
Таким образом, бунт перерос в "страшную войну", над которой вначале смеялись и которую, сперва, презирали, как войну с гладиаторами. Теперь вся кампания была в руках восставших, и следовало развивать военный успех. Спартак двинулся в сторону Адриотического моря через территорию Лукаки и Калосбрии и Апулии – южные области Итал ...